• Вход
  • Регистрация

Пресса


Три товарища

Юмор от отчаяния. Секрет бессмертия постановки «Три товарища» в Современнике

<p>
<i>1 октября театр «Современник» открыл свой 60-тый юбилейный сезон. Первое место в афише досталось выдающейся постановке «Три товарища». Она прошла на сцене «временной прописки» – во дворце на Яузе. Премьера спектакля, который по сей день собирает полные залы, состоялась 16 лет назад. Во многом своей популярности постановка «Три товарища» обязана таланту Галины Волчек. Именно она смогла перенести героев со страниц культового романа на сцену и угадать чувство нашего времени. </i>
</p>
<p>
<i>«Сделать жизнь менее трагичной» </i>– такую цель перед собой ставит Галина Волчек, постановщик спектакля. Открывается занавес, и первая сцена погружает зрителя в мрачную атмосферу 20-30-х годов Германии прошлого столетия. Причем «телепортация» в ту эпоху происходит в трехмерном измерении. Основную музыкальную тему артисты “подхватывают” на сцене: чуть слышно из глубины декораций звучит дудочка, раздаются звуки аккордеона. Под антиутопические мелодии оживают образы: проституток, заигрывающих с грубыми прохожими, полицейского с собакой, еле передвигающегося человека без ног и детей с воздушными шариками. Под нарастающие звуки выстрелов в зрительский зал выглядывает человек. Выражение его лица – синтез отчаяния и легкого безумия.<br>
     Первая сцена наводит на зрителя ужас, но через мгновение зал понимает  –  это всего лишь сон главного героя Робби. Декорации, музыка и свет вмиг меняют свое настроение: на сцене автомастерская, где радостные Отто и Готфрид поздравляют Робби с днем Рождения.Первые сцены иллюстрируют принцип всей постановки. Она построена на эмоциональных контрастах. Мирные сцены сменяются уличными беспорядками. Веселые мелодии уступают место звукам тревоги. Смех героев превращается в крик и слезы. Что же является связующим звеном всех этих противоположных частей, которые превращают спектакль в завершенную картину? Конечно, это внешний «фасад». Постановка отличается обилием действующих лиц: в сюжете задействовано около 50 актеров. Костюмы и меняющиеся декорации создают правдоподобную картину послевоенной Германии. Мощная звуковая система и игра света усиливают эмоциональный фон постановки.<br>
     По мнению Волчек, и этого было бы недостаточно, чтобы «сделать нашу жизнь менее трагичной». Разную тональность спектакль приобретает благодаря актерской игре главных героев. Мужественного, вечно задумчивого, сомневающегося и робкого в общении с противоположным полом Робби (актер Александр Хованский). Светлана Иванова играет роль Пат, утонченной, жизнелюбивой девушки с невероятной силой духа в хрупком теле.
</p>
<p>
     Отто Кеснер (Сергей Юшкевич) и Готфрид Ленц (Сергей Грин) – наполняют сюжетную линию преданной дружбой, честью и вместе с тем драматизмом.<br>
     Все герои – это люди с яркими характерами, которых объединяет главное: они вспоминают свое прошлое. Эту неугасающую рефлексию Робби с товарищами заглушают ромом, разговорами о бессмысленности жертв на войне, о лжи, ничтожности мирной жизни. Неслучайно так пронзительно звучит фраза Готфрида: «…Мы живем в эпоху отчаяния. Тут приличествует только чувство юмора».<br>
     Пат же свои воспоминания выражает в жажде жизни, в любви ко всему естественному и светлому. И ее чувства вписываются в общую систему контрастов постановки. Это заметно в сцене, где она радуется аромату распускающейся сирени, в то время как Робби принимает его за запах кладбища.<br>
     Мотиву воспоминания подчиняется и время постановки. Герои часто забывают, сколько им лет. К примеру, Робби потерялся между собой «прошлым» пятнадцатилетним и «будущим» пятидесятилетним, из-за этого он и его товарищи называют главного героя то «стариком», то «мальчиком». Для них настоящее и будущее-иллюзия, поэтому в разговорах так часто поднимается вопрос: “Ты бы хотел начать жизнь сначала?”<br>
     Постановка из черно-белых тонов, как американские горки, на протяжении почти четырех часов своего действия держит зрителя в напряжении. За эмоциональным подъемом непременно следует резкий спуск. Счастливые Пат и Робби наслаждаются отдыхом, как вдруг у героини открывается кровотечение. Не успевают товарищи успешно заключить сделку, как Отто прощается со своей любимой машиной «Карлом».<br>
     Финальная сцена, когда на фоне голубого неба полупризрачная четверка приподнимается на своем «Карле» над сценой, производит яркое впечатление. Несмотря на то, что кого-то уже нет в живых, герои впервые смотрят в будущее (чего только стоит довольная улыбка Отто). Они наконец смогли почувствовать надежду, пусть и воображаемую.<br>
     Символично-впечатляющий финал помогает Галине Волчек достичь своей цели. Герои смотрят в зал, на зрителя, и обращаются к нему с призывом «сделать жизнь менее трагичной». Ведь реальная надежда, а не воображаемая, за пределами театра есть у каждого из нас.
</p>

Елизавета ЯКОВЕЦ